Меню

Куда движется самая большая страна Латиноамериканского континента?

 

 

Бразилия на карте истории.

 

Бразилия обрела свою независимость в 1822 году. Это была авантюра, а точнее конфликт монархических отцов и детей, в результате которого сначала страна стала империей, а в 1899 году в результате «пафосного» военного переворота здесь установился республиканский режим. Но де-факто власть и ресурсы делили между собой несколько кланов ключевых экономических центров страны.

 

В историографии эта олигархическая эпоха консенсуса даже получила свое нетривиальное название – «политика кофе с молоком». Почему кофе с молоком? Да потому, что президентский пост согласно этой неофициальной договоренности делили между собой представители двух ключевых кланов – крупнейших и богатейших штатов Сан-Паулу – центр производства кофе и Минас-Жерайс, который был центром молочной промышленности.

 

Традиция была нарушена в 1930 году, когда вызов олигархии бросил выходец из самых ее недр – Жетулиу Варгас, губернатор крупного штата. Он выиграл президентские выборы, однако их итоги были грубо сфальсифицированы и Варгас по логике имевших тогда место правил игры должен был отправиться на свалку истории. Но если бы судьбу каждой страны можно было бы вершить только с помощью репрессий, цензуры и фальсификаций, наверное, весь, даже современный мир состоял бы только из наследственных диктатур.

 

У истории есть и своя логика, не всегда поддающаяся текущим прогнозам. Когда режим прогнивает настолько, что просто не может дальше существовать – он рушится. Так в 1930 году рухнул и полуфеодальный режим Бразилии, под натиском популиста Жетулиу Варгаса. Возбужденный его лозунгами массовый электорат и группа молодых офицеров, совершили государственный переворот и передали власть Варгасу.

 

На посту президента Варгас продержался полтора десятилетия. Несмотря на всю свою эксцентричность, он реально изменил свою страну. Он провел уникальные реформы, дал толчок экономическому росту, способствовал развитию промышленности, быстрой урбанизации, но главное – предоставил социальным низам немыслимые до этого социальные гарантии и права.

 

15 лет большой срок. За такое время социум устает даже от самых успешных правителей, а сами правители начинают уставать от власти. Так бразильцы устали от Варгаса, а он устал от постоянной борьбы за власть. И в 1945 году был свергнут в результате тихого, бескровного военного переворота. Олигархия взяла свой реванш, посадив в президентское кресло своего ставленника – маршала Дутру.

 

Режим Дутры был достаточно мягкой диктатурой, он не осмелился отменить социальные реформы своего предшественника и просто принес Бразилии стабильность. То есть дал олигархии возможность спокойно адаптироваться к новым цивилизационным условиям.

 

Но демократические процедуры всегда опасны для закулисных элит, и в 1950 году Жетулиу Варгас с триумфом выиграл очередные президентские выборы, и, естественно, продолжил свои социально-популистские реформы. Он добился многого и не только в сфере социальных гарантий, он также расширил нефтедобывающую и металлургическую отрасли национальной промышленности, разработал стратегически важную систему обеспечения страны электроэнергией, основал Национальный банк экономического развития.

 

Планов у него было много, но в августе 1954 года группа консервативных военных в результате путча потребовала его отставки. Сам Варгас готов был к переговорам и компромиссу, но получив жесткий ультиматум – просто застрелился. И навсегда остался в сознании своих сограждан национальным героем.

 

После Жетулиу Варгаса по итогам вполне демократических выборов власть делили – лево-центрист Кубичек, право-центрист Куадрос, потом лево-центрист Гуларт. Это были фигуры далекие по своему политическому масштабу от Жетулиу Варгаса. Суть их политики сводилась к мучительным поискам компромисса между чаяниями масс и аппетитами олигархии. И им было не важно, что экономика страны чахнет, а политическая и общественная жизнь скатывается к полной анархии.

 

И, как следствие – новый военный переворот в августе 1964 года.

 

 

Новый этап истории.

 

Бразильские военные пришли к власти надолго – на два десятилетия, и эта военная диктатура сильно отличалась от других аналогичных режимов Латинской Америки. Бразильским военным не понадобился свой «каудильо» (типа чилийского диктатора Аугусто Пиночета или парагвайского Альфредо Стресснера), у них не было постоянного и неоспоримого лидера.

 

Военные президенты Бразилии того времени периодически менялись, причем внешне, с сохранением всех демократических принципов и норм, точнее их внешней имитации. Все было по-военному четко, оставалось жесткое следование принципу выслуги лет и необходимой ротации: даже самые заслуженные генералы уходили на пенсию при достижении критического возраста. Для страны и внешнего взора менялись декорации, не менялась только внутренняя суть режима.

 

Военная каста взяла жесткий курс на реформирование и модернизацию экономики. Военные привлекли к управлению страной самых лучших экономистов-технократов, которые реально добились неоспоримых успехов. Именно в эти два десятилетия военной диктатуры Бразилия сделала свой огромный прорыв, позволившей ей сегодня войти на топ-позиции мировой экономики и даже политики. Но…

 

Экономический рост, пусть хоть и медленный, но и рост уровня жизни и социальных гарантий – не панацея для любого правящего лагеря. К середине 80-х годов прошлого века бразильцы устали и от военных реформаторов. А сами военные, без эксцессов ушли в свои казармы, вернув стране демократию и политический плюрализм.

 

 

Возвращение к демократии.

 

Чем закончился очередной эксперимент? Конечно же новым консенсусом! Внешне консенсусом сторонников возвращения к демократическим формам правления. В реальности – к консенсусу олигархических элит. В 1985 году военным на демократических выборах противостояла коалиция двух геронтократов – лево-центриста Тонкреду Невиса (кандидат в президенты) и Жозе Сарнея (кандидат в вице-президенты). Они легко победили, но Невис был настолько стар, что даже не дожил до дня своей инаугурации. В итоге к власти пришел Сарней.

 

При Сарнее экономику страну и социалку пять лет постоянно «штормило», и это был неоспоримый откат в какой-то непреодолимый кризис. И бразильцы очень быстро устали от этого «демократического» олигархического консенсуса.

 

Следующие президентские выборы 1990 года легко выиграл правый популист Колор ди Мелу. Однако на президентском посту он удержался очень не долго.

 

Несмотря на всю свою «правизну», он оказался уж слишком эксцентричным. От гнева, а точнее страха правящих элит, его не смогла спасти даже вся откровенно декларируемая им приверженность традиционному либерализму. И вот, в 1992 году Национальный Конгресс Бразилии (в первый раз в своей истории) де-факто осуществил государственный переворот, без каких бы то ни было веских юридических причин, отправив избранного президента в отставку.

 

После этого, олигархия еще на одиннадцать лет получила передышку. Преемники Колора ди Мелу – Итамар Франку и избранный в 1994 году под левыми лозунгами Фернандо Энрике Кордозу, последовательно проводили политику неолиберализма, четко под диктовку Вашингтона, а соответственно и Международного Валютного Фонда.

 

 

Новый «левый» эксперимент.

 

Разочарованный лево-право-центристскими экспериментами, а точнее новыми конфигурациями консенсуса олигархических элит, в 2002 году бразильцы проголосовали за самого яркого внесистемного политика Луиса Инасиу «Лула» да Сиилва. Для него это была уже четвертая попытка хождения во власть, но на этот раз полностью удачная.

 

Профсоюзный лидер, выходец из самых социальных низов – «Лулу» действительно олицетворял многодесятилетние чаяния самых простых бразильцев. Во время той избирательной кампании он сделал главное – он смог дать самые простые и доступные массам ответы на самые сложные вопросы, волнующие общественное бытие и сознание.

 

На посту презента он, вопреки традициям многих своих формально левых латиноамериканских коллег, не изменил свой декларируемый на выборах социально-экономический курс, а на практике смог реализовать его в жизнь.

 

Что можно записать в однозначный актив президента «Лулы»? Он не стал полностью свертывать экономический курс своих предшественников, он сохранил профицит государственного бюджета и плавающий курс национальной валюты. При этом однозначно свернул все программы приватизации.

 

В социальной сфере главное достижение «Лулы» – преодоление многолетней инфляции. Но главное его достижение – он претворил в жизнь целый комплекс социальных программ, главная из которых – «семейный пакет», благодаря которой 12 миллионов беднейших бразильских семей смогли получить ежемесячные государственные пособия, при условии, что их дети регулярно посещают школу и получают необходимые медицинские прививки.

 

По данным социологов и международных исследователей, именно при нем социальное неравенство в Бразилии достигло минимального показателя за последние 50 лет: с 1994 по 2010 год уровень бедности в стране упал на 67%, причём 50% от этого падения пришлись на годы президентства именно «Лулы».

 

«Лулу» не стал нарушать конституционные принципы (что выгодно отливает его от других носителей «левой» идеи во власти в соседних странах). После двух сроков пребывания на посту президента он честно ушел, а первый пост страны достался его протеже – Дилме Русеф, которая в целом продолжила его социально-экономический курс.

 

Сама президент Дилма Русеф, конечно же, не обладает харизмой и энергетикой своего «крестного отца» «Лулу». Она скорее его тень, но избиратель чувствует, кто стоит за ее плечами. Она выиграла и выборы 2010 года, и, пусть не без труда, но победила и в 2014-м году. А на следующих очередных выборах 2018 года местными аналитиками рассматривалось возвращение к власти самого «Лулу», который все еще остается одним из самых популярных политиков современной Бразилии. Но теперь, возможно, этому не суждено состояться.

 

 

А каковы перспективы?

 

Дилму Русеф отстранили от власти совершенно необоснованно. На этом сходятся большинство как бразильских, так и иностранных экспертов. Ну не было никаких доказанных фактов коррупции, которые изначально вменялись ей в вину. Имели место только политически ангажированные мотивы.

 

На этом фоне особенно примечательно, что ее приемником стал вице-президент Мишел Темер, который также является объектом куда более серьезных антикоррупционных расследований, чем сама Дилма. Но в данном случае, правящий класс Бразилии это нисколько не смутило.

 

Некоторые аналитики указывают, что отстранение Дилмы – это всего лишь гарантия устранения «Лулу» от попытки вернуться в президентский дворец в 2018 году. Потому, что против него тоже возбуждены всякие «антикоррупционные» дела, и также как и Дилма, он в любой момент может получить свой электоральный «бан».

 

Бразильская олигархия сегодня торжествует. Если посмотреть рейтинги «Форбс», то по количеству миллиардеров на душу населения Бразилия может состязаться даже с самими Соединенными Штатами Америки. Но олигархия не всесильна. Только тренды общественных настроений определяют судьбы своих стран.

 

 

Вместо послесловия…

 

Едва ли не ключевую роль в отстранении от власти Дилмы Русеф сыграла Партия бразильского демократического движения (ПБДД). Эта партия – реально уникальный феномен бразильской политики на протяжении более, чем 30-ти последних лет.

 

Чем примечательна эта партия? Она сформировалась в далеком 1984 году, когда правящий в то время военный режим уже, как говорится, «дышал на ладан». ПБДД взяла на вооружение демократическую, реформаторскую и правозащитную риторику. Однако за три последних десятилетия Партия ПБДД так и не смогла выдвинуть из своих рядов серьезного яркого политического лидера, способного реально бросить вызов конкурентам за симпатии избирателей.

 

При этом, именно ПБДД долгое время аккумулировала весь олигархический административный ресурс в стране. Она всегда была первой и самой сильной парламентской партией. Именно ПБДД делала и низвергала «королей» в бразильской политике. Именно ПБДД низвергла президентов Колора ди Мелу и Дилму Русеф, именно она определяла политику Франку и Кардозу.

 

Сегодня ПБДД взяла на себя всю ответственность за судьбу страны, посадив в президентское кресло Дилмы Русеф своего ставленника Мишеля Темера, который уже заговорил о рецептах «шоковой терапии». Не станет ли это началом конца и для самого Темера, и для ПБДД, и за маячащими за их спинами олигархии? Повторюсь, ждать осталось не долго…